измена

Вольпоне

Средняя оценка: 8 (1 vote)
Полное имя автора: 
Бенджамин Джонсон
Информация о произведении
Полное название: 
Вольпоне, Volpone, or the Fox
Дата создания: 
1606
История создания: 

Сюжет комедии заимствован из пьесы Лукиана Самосатского "Плутон и Меркурий" (2 в.), где Вольпоне соответствует богач Евкрат.
источник

Комедия поставлена труппой Короля в начале 1606 г.  и имела  огромный успех. До сих пор не сходит со сцены многих стран мира.

Врач своей чести

Средняя оценка: 7 (1 vote)
Полное имя автора: 
Педро Кальдерон де Ла Барка
Информация о произведении
Полное название: 
Врач своей чести, El medico de su honra
Дата создания: 
1633
История создания: 

       Пьеса написана около 1633 года.  Впервые  напечатана  в  1637  году  во "Второй части комедий Кальдерона".
     Вполне  допустимо,  что  сюжетный  костяк  пьесы  не  является   только художественным вымыслом, а восходит к легендам, окружавшим имя  короля  дона Педро Справедливого или Жестокого (1350-1369).      Называют и более непосредственный источник кальдероновского вдохновения - одноименную пьесу, изданную в 1633 году в Барселоне  под  именем  Лопе  де Вега (в "Двадцать седьмой части комедий Лопе  де  Вега").  Менендес-и-Пелайо безоговорочно включил ее в свое "Собрание сочинений  Лопе  де  Вега".  Между пьесами  Лопе  и   Кальдерона   действительно   имеется   множество   весьма существенных совпадений (название, сюжет, расстановка действующих лиц  и  т. д.). Не совпадают, правда, имена героев,  что,  понятно,  не  может  служить опровержением заимствования. Кстати, что касается  имен  основных  героев  - Менсии и Гутьерре, - то  комментаторы  обнаружили  их  в  пьесе  Андреса  де
Кларамонте "De este agua по bebere", опубликованной в 1630 году  во  "Второй части новых комедий Лопе де Вега и других авторов". Пьеса эта имеет  сходную фабулу, но зато и весьма существенные расхождения.
Сходство между пьесой Кальдерона и той,  которая  значится  под  именем Лопе де Вега, можно считать бесспорно установленным. Однако  тот  факт,  что пьеса Лопе (или лица,  прикрывающегося  его  именем)  очень  несовершенна  в художественном   отношении,   что   в   ней   множество   грубых   просчетов драматургического  и  поэтического   порядка,   побудил   некоторых   весьма авторитетных испанистов  усомниться в авторстве Лопе
   Начиная с эпохи романтиков пьеса "Врач  своей  чести"  прочно  вошла  в  обиход европейского  читателя  и  зрителя.  Она  переведена  на  большинство европейских языков и постоянно возникает в репертуаре театров разных  стран. Из западноевропейских постановок отметим спектакль Карла Иммермана  в  сезон 1834 года в Дюссельдорфе и парижского театра Одеон в сезон 1833/34 года.      В России пьеса Кальдерона  была  впервые  представлена  на  сцене  Спб. Большого театра в 1831 году. Давалась она в переводе В. Каратыгина  (правда, сделанного с немецкого языка).
Перевод Ю. Корнеева  является  четвертым  по  счету, также есть переводы  С. Костарева и  К. Бальмонта

   Драмы чести «Врач своей чести», «Художник своего бесчестья»,   «За тайное оскорбление — тайная месть».

Непрошенная повесть

Средняя оценка: 9 (1 vote)
Полное имя автора: 
Нидзё
Информация о произведении
Полное название: 
Непрошенная повесть
История создания: 

 У этой книги удивительная судьба. Созданная в самом начале XIV столетия придворной дамой по  имени Нидзе. она пролежала в  забвении без малого  семь веков  и только в 1940 году была  случайно  обнаружена в  недрах  дворцового книгохранилища среди  старинных  рукописей, не  имеющих отношения  к изящной
словесности.  Это  был  список, изготовленный неизвестным переписчиком  XVII столетия  с утраченного оригинала. Ценность находки не вызывала сомнений, но рукописи  снова  не  повезло  -  обстановка в  Японии начала  40-х годов  не располагала к  публикациям такого рода,  несмотря на всю их художественную и
познавательную значимость.  Четвертый  год  шли  военные  действия в  Китае, Япония готовилась к вступлению во вторую мировую войну. Центральным стержнем милитаристской  идеологии  был  культ  императора,   принимавший  все  более реакционные   формы.   Повесть  Нидзе,  правдиво  рисующая   быт   и  нравы,
существовавшие пусть даже в далеком прошлом, при дворе японских императоров, "божественных  предков", звучала бы в тех условиях недопустимым диссонансом.
Так  случилось,  что  "Непрошеная  повесть" увидела свет  лишь  сравнительно недавно, в 60-х годах. Появление этой  книги стало сенсацией в  литературных кругах  Японии,  привлекло  внимание  японских  и зарубежных  ученых,  а  со временем  и  широких  читательских кругов.
***
     Проза предшествующих веков была  разнообразной не только по содержанию, но  и по форме, знала практически  все главные  жанры  -  рассказ (новеллу), эссе, повесть и даже роман, -  достаточно  вспомнить знаменитую  "Повесть  о Гэндзи" (начало XI в.), монументальное произведение Мурасаки Сикибу, надолго
ставшее образцом для подражания и в литературе,  и даже в повседневном быту.
Уникальной  особенностью  классической  средневековой  японской  прозы может  считаться  ее  лирический  характер,  проникновенное  раскрытие духовной   жизни,   чувств  и   переживаний  человека,  как  главная  задача повествования,  -  явление,  не имеющее  аналогов  в  мировой  средневековой
литературе. Этот лирический характер выражен с особой отчетливостью в жанре, по  традиции  именуемом японцами  "дневниками" (яп. "никки"). (Повествование строилось в форме поденных записей, отсюда и происходит это название,  хотя, по  существу,   это  были  повести  разнообразного  содержания,  чаще  всего автобиографические.)  Это мог  быть рассказ о путешествии или об эпизоде  из жизни автора  (история любви, например),  а иногда  и  история целой  жизни.
"Непрошеная повесть"  Нидзе восходит именно  к  этому жанру,  она написана в русле  давней литературной  традиции.  Ясно, что  перед нами  не  дневник  в современном  понятии  этого  слова.   Правда,  повествование   построено  по хронологическому принципу,  но  совершенно очевидно, что  создано оно,  если можно  так выразиться, "в один присест", на склоне жизни, как воспоминание о пережитом. .. 
Перевод (несколько сокращенный) сделан  по книге "Непрошеная  повесть", изд-во "Синтеся". Комментарий и  послесловие Хидэити Фукуды, серия "Собрание классической японской литературы". Вып. 20-й. Токио, 1980.
***
         Необходимо  отметить, что ряд мест в рукописи  XVII века  (единственном сохранившемся экземпляре мемуаров Нидзе)  вызывает  разноречивые  толкования японских   комментаторов.  В  этих  случаях  мы   придерживались  вариантов, представлявшихся наиболее убедительными, - в основном, предложенных  Хидэити Фукудой в вышеуказанном издании...
Разрыв в девять лет дал основания японским ученым-филологам, тщательно изучивший повесть Нидзё, прийти к выводу. что между четвертой и пятой главами, возможно, существовала еще одна, по-видимому, утраченная.
Отрывки из примечания И. Львовой

Повесть представляет собой непревзойдённое сочетание традиций дневникового жанра (никки) и повести (цукури моногатари). В повести содержится много стихотворений-танка, сочинённых самой Нидзё.

Об одном благородном и могущественном короле

Средняя оценка: 8 (1 vote)
Полное имя автора: 
Аркадий Анатольевич Бартов
Информация о произведении
Полное название: 
Об одном благородном и могущественном короле. Сто новелл стародавнего времени
Дата создания: 
1987
История создания: 

Первая публикация "Митин журнал", вып.13 (январь/февраль 1987)

Полное название
Об одном благородном и могущественном короле,
обладающем пятью чувствами,

Враги

Средняя оценка: 9 (3 votes)
Полное имя автора: 
Антон Павлович Чехов
Информация о произведении
Полное название: 
Враги
Дата создания: 
1887
История создания: 
/Впервые — «Новое время», 1887, № 3913, 20 января, стр. 2—3. Подпись: Ан. Чехов.
Включено в сборник «В сумерках». СПб., 1887; перепечатывалось в последующих изданиях сборника.
Вошло в издание А. Ф. Маркса.
При подготовке рассказа для сборника «В сумерках» Чехов устранил многочисленные ошибки газеты. Небольшие поправки были внесены в 5-е и 9-е издания, а также в текст собрания сочинений. Во «Врагах» нашли отражение вопросы, поставленные на Втором съезде русских врачей памяти Н. И. Пирогова, который проходил в Москве с 4 по 11 января 1887 г. Чехов был в курсе событий тех дней, о чем писал Н. А. Лейкину 12 января: «Праздники в Москве прошли шумно ‹...› я не имел ни одного покойного дня: гости, съезд врачей, длинные разговоры и проч...» Н. Н. Вакуловский (подпись — Н. Н. В.) выступил в защиту работников медицины: «Еще на минувшем съезде тщетно поднят был вопрос об отношении у нас общества к врачам. С этих пор отношения эти не только не изменились к лучшему, но даже обострились ‹...›» (Н. Н. В. По поводу предстоящего съезда врачей в Москве. — «Русский курьер», 1887, № 2, 3 января). Подводя итоги работы съезда, Вакуловский выражал надежду на то, что ежегодные съезды «будут содействовать сами собою и изменению к лучшему отношений между врачами и публикою» (Н. Н. В. По поводу съезда врачей в Москве. — «Русский курьер», 1887, № 10, 11 января). Доктор Д. Н. Жбанков говорил на съезде о тяжелых условиях жизни и работы врачей, о необеспеченности населения врачебной помощью (см.: Н. Н. В. Второй съезд русских врачей. — «Русский курьер», 1887, № 13, 14 января). Статьи и рецензии разных лет отмечали актуальность темы и остроту проблематики этого рассказа. К. К. Арсеньев писал: «В „Врагах“ необычайное стечение обстоятельств — у одного из действующих лиц умирает единственный сын, другого в то же самое время бросает жена — не вполне заслоняет собою контраст между двумя противоположными натурами, между представителями двух общественных групп, скрытая неприязнь которых всегда готова вспыхнуть и вырваться наружу» (К. Арсеньев. Беллетристы последнего времени. — «Вестник Европы», 1887, № 12, стр. 770). То же утверждал Г. П. Задёра: «В рассказе „Враги“ изображен конфликт между врачом и пациентом. Тема эта весьма жгучая, имеющая серьезное общественное значение. Публика то и дело жалуется на формализм врачей и отсутствие у них гуманности, врачи обвиняют публику в эксплуататорских поползновениях на их труд, свободу и т. д.» (Г. П. Задёра. Медицинские деятели в произведениях А. П. Чехова. — «Нива». Ежемесячные литературные и популярно-научные приложения, 1903, № 10, октябрь, стлб. 308). К. Ф. Головин (Орловский) видел во «Врагах» новый этап в творчестве Чехова, обратившегося к социальной теме (К. Головин. Русский роман и русское общество. СПб., 1897, стр. 455). Критики отметили в этом рассказе глубину социального анализа: «„Враги“ — прекрасная характеристика двух нравственных типов нашей интеллигенции, сытого и голодного, распущенного и озлобленного» (1. ‹псевдоним В. Л. Кигна›. Беседы о литературе. А. П. Чехов. — «Книжки Недели», 1891, № 5, стр. 211). Ф. Е. Пактовский причислял рассказ «Враги» к тем произведениям, где автор раскрывает «среду, условия и лиц, сделавших героя бессильным и хмурым» (Ф. Е. Пактовский. Современное общество в произведениях А. П. Чехова. Казань, 1901, стр. 14). Критик В. Альбов находил этот рассказ типичным для раннего Чехова, открывавшего зло в привычной, будничной форме: «Какая дрянная, дряблая душонка скрывается часто под наружным видом человека, часто с приличною, а то и гордою осанкой... („Враги“)» (В. Альбов. Два момента в развитии творчества Антона Павловича Чехова. (Критический очерк). — «Мир божий», 1903, № 1, стр. 101).
Художественная сторона рассказа вызвала вначале неодобрительные отзывы. 26 января 1887 г. В. В. Билибин в письме к Чехову замечал: «„Враги“ хорошо написаны, но... ‹...› но конец, на мой взгляд, как-то скомкан» (ГБЛ). В одном из первых печатных отзывов о сборнике «В сумерках» высказана мысль о неудачной композиции «Врагов»: рассказ охарактеризован как «натянутый и деланный» («Русская мысль», 1887, № 10, Библиографический отдел, стр. 590). «Казусом», случайным по содержанию, называл «Врагов» и А. Дистерло (подпись: Р. Д.). (Р. Д. Новое литературное поколение (Опыт психологической критики). — «Неделя», 1888, № 13, 27 марта, стлб. 422). С этим утверждением полемизировал Пактовский: «Чехову ставят в упрек то обстоятельство, что выбор тем у него носит характер случайности: то описывает он льва в клетке, то убийство ребенка, то случайную ссору двух незнакомых людей („Враги“) ‹...› но за каждым рассказом стоит одна и та же тема, одно стройное и цельное миросозерцание: писателю нужны самые разнообразные столкновения с жизнью людей на разных ступенях общественной жизни ‹...› чем больше столкновений с самой жизнью, — тем цельнее пред нами эта жизнь с ее деятелями» (Ф. Е. Пактовский, стр. 18—19). Многие современники относили этот рассказ к числу лучших созданий Чехова. И. А. Бунин считал «Врагов» одним из совершенных произведений Чехова 1887 г. (ЛН, т. 68, стр. 677). В. А. Тихонов в письме к Чехову от 8 марта 1890 г., говоря о многосторонности его таланта, называл его «глубоким и тонким наблюдателем», сумевшим понять «врагов» (Записки, ГБЛ, вып. 8, 1941, стр. 67). А. А. Александров объяснял своеобразие позиции автора: Чехов, «выводя пред нами „плебея“ (доктора Кирилова) и „аристократа“ (Абогина) ‹...›, сам, с истинно художественным тактом, не склоняется на сторону ни того, ни другого: он стоит выше их и судит их судом художника». Особенно важным Александров считал финал рассказа, который «ясно показывает, во-первых, что автор ничем не подкупный судья, чистый, не тенденциозный художник, и доказывает, во-вторых, что он не только умеет правдиво и гуманно относиться к душе и сердцу человека, но даже возмущается и грустит, видя и в других „несправедливое, недостойное человеческого сердца убеждение“ и отношение человека к человеку» (А. А. Александров. Молодые таланты в русской беллетристике. III. Антон Чехов. 1888. — ЦГАЛИ, ф. 2, оп. 1, ед. хр. 35, л. 5—6). Д. С. Мережковский подчеркнул своеобразие выражения лиризма, его скрытый, подтекстный характер: «Почти весь рассказ написан в строго объективном тоне, а между тем эта художественная объективность нисколько не исключает гуманного чувства, дышащего в каждой строке‹...›». Критика привлекли во «Врагах» описания природы, умение «изображать природу такими тонкими и вместе с тем резко определенными, индивидуальными чертами, что описание воспроизводит все неуловимые музыкальные оттенки впечатления ‹...›» («Северный вестник», 1888, № 11, стр. 86, 80—81). Поэтичность рассказа отметил В. А. Гольцев: «Как художник, Чехов может опоэтизировать горе, самую смерть. ‹...› Эта поэтизация горя может, конечно, вести к крайне вредным результатам, стать весьма прискорбною односторонностью; но Чехов свободен от такой односторонности» (В. Гольцев. А. П. Чехов (Опыт литературной характеристики). — «Русская мысль», 1894, № 5, стр. 49). «Высокохудожественным» назвала рассказ «Враги» переводчица его на английский язык Дора Жук (письмо ее к Чехову из Англии от 22 октября н. ст. 1900 г. — ГБЛ). При жизни Чехова рассказ был переведен на английский, болгарский, немецкий, сербскохорватский и японский языки.
/
(На сайте feb-web)

Об эгоизме мучеников

Камера обскура

Средняя оценка: 8 (3 votes)
Полное имя автора: 
Владимир Владимирович Набоков
Информация о произведении
Полное название: 
Камера обскура
Дата создания: 
1931
фрагмент картины Тамары де ЛемпицкаИз авторской американской версии "Камеры обскуры"

Ленты новостей