Беседы Уильяма Голдинга. Насущнейшая потребность

Б а й л с. В вашем эссе о Копернике есть такая фраза: «Насущнейшая человеческая потребность — искать связующие звенья между отдельными явлениями»; однако Сэмми в «Свободном падении» говорит: «Моста не существует». Я настаиваю на том, что пусть Сэмми и говорит «нет моста», но вы-то сами в это не верите, иначе вас не захватывала бы тема разрыва между рациональным и иррациональным, научным и духовным началом. Это подтверждается всем, что вы говорили о других вещах,— например, выступая в Нью-Йорке по телевидению, вы сказали: «Ни одно произведение искусства не может быть мотивировано безнадежностью, самый факт, что люди задают вопросы о безнадежности, указывает на существование надежды». Итак, о насущнейшей человеческой потребности. Можете вы хоть немного разъяснить это выражение — «насущнейшая человеческая потребность»? По-вашему, это означает самое важное в жизни человека?

Голдинг. Да, я думаю так. Это — потребность чувствовать смысл любого отдельно взятого абстрактного феномена, на любом уровне действительности. Я сейчас не говорю о феномене в строго философском смысле; я говорю, быть может, скорее о событиях — но о событиях психологических, эмоциональных, религиозных, философских, даже мистических или научных, называйте их как угодно, — пусть даже событие заключается в том, что вы утром выходите из дома, чтобы взять доставленное молоко. Мне кажется, что вся ваша жизнь прошла попусту, если вы не в состоянии как-то сочетать, связать утренний выход за молоком с квазером и прочим, с новейшими достижениями астрономии и с самыми глубочайшими человеческими переживаниями. Все это обязательно должно составить некое единство. Если я исповедую какую-то веру, то лишь веру в единство. И мне кажется, что люди этого единства не видят... Мне кажется, что главное «дело» человека — назвать ли это «делом», или «инстинктом», или вот так: «насущнейшая потребность», — мне кажется, что главное назначение его жизни вот в чем: он должен стараться, тем или иным способом, привести весь этот непостижимый хаотический мир к единству. Подчас что-то подскажет ему путь, подтолкнет, — а может быть, и нет, — но общее направление должно быть неизменно. Это похоже на то, как некоторые — нет, большинство растений тянутся к свету, несмотря ни на что. Может быть, никогда не доберутся, но все равно — тянутся, ползут. И в этом-то, мне думается, состоит назначение человека.

 

ЗРИМЫЕ ОБРАЗЫ

http://img686.imageshack.us/img686/374/writer.jpg

В интернете:

Электронная версия здесь